Татьянин журнал (tatamo) wrote,
Татьянин журнал
tatamo

Енот. Некоторые мысли о тактике применяемой при штурме городов. (Не всем интересное. )

Оригинал взят у ivanov_7474 в Енот. Некоторые мысли о тактике применяемой при штурме городов. (Не всем интересное. )

В сирийских городах сейчас горят Т-72. Где-то я это уже видел. Возможно, если это нужно, я напишу как подготовить город к обороне. Но пока спроса нет, я хочу высказаться об увиденном. То есть об очередной попытке загнать тяжелую броню в город.

Давайте так, всё это сферический конь в вакууме, но всё же, я в тезисах хочу поделиться своими соображениями о наступательных операциях в городе. Говорить общеизвестные вещи, прописанные в методической литературе, я не буду. Скажем так, это определенная корректировка общеизвестных принципов действий в наступательной операции. Я умышленно не буду писать своего виденья полной картины осуществления общевойсковой наступательной операции в городе, это может быть вредно для меня. Да и потом, я очень сомневаюсь, что хоть кому-то из вас придется руководить и координировать действия на уровне батальонов. Так что я сведу это к набору тезисов и советов, которые, как мне кажется, в достаточной степени описывают моё понимание данного вопроса, и дают определенную пищу для рассуждений людям так или иначе решающим вопросы управления. Человек же не сведущие, вряд ли найдет эти строки хоть сколько-либо полезными. Это можно рассматривать как труд сугубо теоретический, ввиду отсутствия серьезных примеров его практической реализации. Возможно, я сейчас очерчу тактику наступательных действий в городе, которая будет применяться в будущем. Возможно это только заблуждение. Но проблема отсутствия разумных тактик наступательных действий в городе стоит остро, и рано или поздно, но она должна быть решена.Возможно, я и не попаду в десятку, но думаю, что общее направления задам верно.

Тезис первый: Наступление в городе – форма слабоумия. С этого нужно начать. Помимо того, что это подчеркивает остроту проблемы, это так же подчеркивает сложность задачи, для реализации которое требуется множество условий. Так что, как говориться, подумайте дважды. Помнится дедушка Сунь-Цзы говорил: «Высшее пресуществление войны - разрушить планы врага; затем - разрушить его союзы; затем - напасть на его армию; и самое последнее - напасть на его укрепленные города». Дедушка совершенно

прав. Если дело дошло до боя за укрепрайоны – значит количество идиотов в

войсках превышает ГОСТ.

Тезис второй: Бой в городе отличается от боя в поле так же, как бой в небе отличается от боя подводой. Я регулярно критически высказывался об интеллектуальных способностях высшего офицерского состава Россиянии, и я остаюсь верен себе. Если вы будите искать хоть какие-то серьезные материалы, которыми руководствуются в армии при организации наступательных операций в городе, то вы найдете в лучшем случае не самые удачные идеи, высказанные по итогам Сталинградской битвы. Это было бы просто отлично, но пишут такие книжки не полевые офицеры в звании от капитана до полковника, осуществляющие реальное управление в городском бою, а генералы(люди, в городском бою, крайне вредные), которые воевали за картой. Это хорошо, когда генералы составляют наставления, но не в вопросах городского боя. Дело в том, что бой в поле, сутью – вопрос управления маневром соединений и организация взаимодействия родов войск. В городе всё не совсем так. Так как нет очерченной границы позиций, которые оставались бы неизменными хотя бы сутки, что вкупе с плохой организацией связи приводит к полному отсутствию оперативного управления. Это не просто маневренная война, это сверх маневренная война. Эволюция военной мысли уже пришла к сетецентрическому понимания боя как раз ввиду роста скорости боя. Что же является залогом успеха наступательной операции в городе? Умный, берегущий солдата, никуда не торопящийся, умеющий принимать и отстаивать своё решение офицер в звании до майора. Такой офицер, на месте осуществляет управление соединением, и именно он ДОЛЖЕН получить все инструменты оперативного управления. Я гарантирую, что полковник, сидящий в подвале полуразрушенного дома, осуществляющей взаимодействие рот и взводов на позициях в соседних кварталах, многократно эффективнее любого генерала в Штабе. Именно подготовка умного офицера, который может принять собственное решение, а так же подготовка генерала понимающего, что ему лучше не засорять советами эфир– это и есть первый этап подготовки успешной наступательной операции в городе.

Тезис два с половиной: Молодому солдату в городе делать нечего. Это достаточно очевидно, но требует отдельного пояснения. Помнится, в Грозном писали «Добро пожаловать в Ад». В Ад нужно посылать тех, кто не боится рукопашной с дьяволом. Всем остальным там делать нечего. Неготовый психически боец только усугубит и без того тяжелое положение подразделения. Я всегда говорил, что лучше 4 квалифицированных и слаженных разведчика, чем восемь, где четверо будут квалифицированы и слажены, а четыре посредственны. 4 посредственности похоронят восьмерых там, где справились бы и четверо, просто поменяв тактику. В городе численное преимущество не играет той роли, которое оно играет в лесу, горах или поле. Лучше меньше да лучше, это как раз тот случай.

Тезис третий: Тяжелая техника в городе – как слон в посудной лавке. Современная коробка, силами ПТУР, может поражать цели на 6 км. Зачем же загонять такую технику в бой на дистанции 200 метров, где любой идиот может уничтожить её противотанковыми средствами? Первый разрыв шаблона: тяжелой технике в городе делать нечего. Точнее не так, на переднем краю наступления технике делать нечего. Техника, в составе сил быстрого реагирования, должна находиться во втором эшелоне, позади переднего края, в расположении командования батальона, который в свою очередь должен находится позади штурмовых рот на удалении одного-двух микрорайонов (а не в Штабе на пригорке связь дрочить). «Подушка»между передним краем и командование батальона должна представлять собой сеть секторально перекрывающих друг друга снайперских позиций и пулеметных расчётов, это самый «дешевый» способ закрыть «вакуум». Техника выдвигается только для транспортировки ранены, переброски подкреплений на опасных направлениях в составе СБР, а так же в случае появления значительных сил бронетехники противника, уничтожение которых не возможно ни противотанковыми силами рот и взводов, ни силами ударных вертолетов. В остальное время броня должна прикрывать батальонные позиции на танкоопасных направлениях. Если подразделение противника не укомплектовано неврастениками, то танк под окнами совершенно не будет их пугать. В наступательном маневре в городе техника малополезна, а зачастую, необходимость её защищать, сковывает действия пехотных соединений, сбивая и без того невысокий темп наступления.

Тезис четвертый: Поддержка действий пехоты, которая и обеспечивает преимущество нашего солдата перед вражеским, должна осуществляться с воздуха. Ударные вертолеты просто созданы для решения таких задач. Многие со мной не согласятся, ведь опыт боев за Грозный не подтверждает моих слов, и достаточного количество примеров эффективного взаимодействия просто нет. Но это лишь следствия отсутствие взаимодействия родов войск. Я всё время вынужден об этом говорить. Мы в 41м году, не в 45м, в 41м. Результат всем вам хорошо известен. Многие из вас знакомы с последними переговорами Героя России полковника Савина. Как изменилась бы его судьба, если дать ему управление огнем ударного вертолета? А ведь он просил их, но в нашей армии полковник, даже не мог получить возможности напрямую оперативно связать с машиной, и был вынужден смотреть смерть своих людей под ответ: «Делаем всё, что можем». Грамотный инициативный офицер с небольшой ударной группой до взвода, с постоянной координацией действий с соседями, со стороны вышестоящего офицера сидящего всего в паре кварталов позади, и с возможностью получения быстрой поддержки от ударных вертолетов. Авиация должна обеспечивать действия пехоты. А у нас это самостоятельный род войск, который воюет хер знает с кем и хер знает зачем. Укрепрайоны должны просто разрушатся ударами авиации. Поверьте, ни один офицер не поднимет себя и своих людей на штурм там, где можно ударить с неба. Такой приказ может дать только генерал, не понимающей ситуации ввиду своей отстраненности от происходящего.

Рекомендация первая: в каждый взвод (!) должен быть придан минимум один снайпер с оружием в калибре12,7x108мм. Поддержка такого оружия, способного поражать противника ЗА амбразурой, ЗА стеной, ЗА кладкой – это сильнейшее подспорье. Необходимость носить огромный запас реактивных гранат и выстрелов к РПГ-7 можно легко уменьшить вдвое, приданными стрелками с крупнокалиберным оружием. Помимо очевидной экономии и упрощения логистики снабжения, стоит отметить, что уменьшение интенсивности огня противотанковыми средствами значительно снижает психическую нагрузку на бойцов. Уменьшает количество несчастных случаем связанным с контузионными поражениями.

Рекомендация вторая: в городском бою, такое понятие как «темп» должно быть сугубо теоретическим. Неприятно вспоминать, сколько человек погибло, за выполнение темпа наступления. Решение о скорости наступления осуществляется исключительно на позиции. Никакого давления сверху. Как бы странно и против военной «логики» это не было.

Рекомендация третья: миномет – лучшая артиллерия в городе. Подразделению будет тяжело носить с собой даже 82мм миномет, ввиду его загруженности другим вооружением. Поэтому считаю уместным возродить старую традицию. Лёгкий 60мм миномет прекрасное дополнение сил взвода.

Рекомендация четвертая: считаю необходимым создание специализированных групп поддержки. Как то 82-мм минометные расчёты, действующие во втором или даже третьем эшелоне. Бои за Грозный четко показали невозможности использования других видов артиллерии, ввиду нахождения своих соединений в непосредственной близости к позициям противника. Возможности блокировать сектор плотным минометным огнем очень ценна для подразделения, причем не только в обороне, но и более того, в момент занятия позиции. Расчёт снайперов осуществляющий корректировку минометного огня в момент занятия основными силами позиций, их развертывания и подготовки к обороне – это залог успешного маневра. Нельзя давать противнику, уступающему в огневых средствах, нивелировать это преимущество, ухватив нас за отворот бронежилета. Так же считаю разумным создание отдельных снайперских соединений, осуществляющих перекрестную оборону участков. Такая работа, когда после выстрела противник ищет меняющий позицию расчёт, и попадание под огонь с другого направления, просто ставит в тупик. Как показала практика, в таких ситуациях противник, просто неспособен сделать хоть что-то. Моральный дух его бойцов быстро падает, и вместо наступления или подавления позиция снайперских расчётов, противник спешно отступает, понеся тяжелые потери. Уверен, в определенных ситуациях, задачи по удержанию сложного сектора, три-четыре снайперские пары могут решить лучше, чем полнокровный взвод.

Рекомендация пятая: необходимо в полтора раза увеличить калорийность пайка. Причем упор «дополнения»делать на шоколад, сухофрукты и армейский хлебцы. При располагающей оперативной обстановке, рекомендуется отводить силы на позиции батальона, частично или полностью их замещая свежими соединениями. Тогда боец не только восполнит физические силы, но и восстановится психически. «Обнулит» внимание и вернется в бой в наибольшей готовности, какую вообще только можно получить в городе. Упор должен делаться на постоянную сменяемость подразделений, не рекомендуется удерживать район силами одного и того же соединения более суток, ввиду растущей утомляемости и психофизического истощения. Полагаю, что если за 24-36 часов подразделение не продвинулось на сколько бы то значимое расстояние, то следует занять их передний край свежими силами, а само подразделение следует немедленно отвести в полном составе, для оценки его боеспособности, подробного изучения обстановки на участке, а так же для поддержания инициативы наступления. Более чем уверен, что одно из важнейших заблуждений – это общепринятое утверждение о необходимости поддержания высокого наступательного темпа, как то должно делать на«открытой» местности. Город, своей сутью, это Крепость. При осаде крепостей больший эффект даёт блокада и выматывания противника, нежели бравый наскок на его стены всеми силами. Ошибочно так же полагать, что темп не дает противнику подготавливать укрепрайоны. Грамотный противник или же просто местный житель, способен организовать оборону быстрее любого наступательного движения, даже если такие позиции не были подготовлены им заранее. Так же стоит отметить, что выдвижение снайперских пар, особенно в ночное время, сводит на нет все усилия по подготовке оборонительного рубежа, и такая тактика много полезней оголтелого прорыва всеми средствами. Только планомерное выдавливание с позиций, постоянная поддержка боеспособности личного состава, обеспечение слаженных действий авиации и СБР с передовыми соединениями – это залог успеха. Город, как ни что другое, создан для организации «огневых мешков» (артиллерийский термин тут очень уместен) и окружения подразделений. Опыт Грозного показал, что бои зачастую ведутся на отдельных несвязанных «островках». Именно бездарное требование соблюдения наступательного темпа приводит к таким чудовищным последствиям. Простой пример – Майкопская бригада. Вместо планомерной зачистки города, медленного и монотонного захвата дома за домом, брига, не встретив сопротивления, была радостно загнана кавалерийским наскоком командования в окружение. Должно признать, что чеченские командиры поступили в высшей степени разумно. Они не только безбоязненно пустили к себе на задний двор бронетехнику, но они изначально готовились именно к такому развитию событий, о чем свидетельствует создание ударных гранатометных расчетов. Выбранная ими тактика основывалась в первую очередь, на глупости нашего командования, которую чеченцы предвидели. Именно это и стало тактической стороной майкопской катастрофы.

Медленно и расчетливо, дом за домом. Отодвигая наступательный темп на третье место. Главной же задачей ставя сохранение личного состава в максимальной готовности (в первую очередь в психическом плане) и избежание попадания в засады и окружение.

Пожалуй, это то немного, что я могу рассказать, не рассказав ничего лишнего. Подобно тому, как разведка, не спеша и крадучись продвигается через зеленку, так и большие соединения, осторожно и без рывков, должны продвигаться по городу. Делая упор на выматывание противника, победу над его духом постоянными оперативными ударами с воздуха и  главное, невозможностью нанести противнику большие потери. Без страха отдавать противнику здания, не разрывая общую цепь построений соединения, занимая предыдущий рубеж, с целью сбережения личного состава, или/и с целью организации окружения. Большей глупости в городе, как броситься в стремительную атаку, или же умирать за какой-то отдельный дом – просто не существует (за исключение отдельных тактических ситуаций, как то «дом Павлова»).

P.S: я должен дать некоторый комментарий. Первой, высказанное – результат реализации моего боевого опыта в урезанном тексте. Более того, нужно понимать, что речь идет не об опыте реализованном на практике, а об анализе ошибок, подводящим меня к вышеописанным заключениям. Многое не только отсутствует в серьезно изучаемой военной литературе, но даже ей противоречит. Посему я и вынужден был написать выше о «пищи для рассуждения». Безусловно, нужна критика данных суждений со стороны других боевых офицеров. Заметно бросается в глаза, даже мне, что я так или иначе свел наступательную операцию к действиям разведки, где небольшие пехотные соединения корректируют огонь и продвигаются на переднем краю. Это результат моего боевого пути и образования как военного разведчика. Уверен, что офицеры других родов войск вполне способны предложить своё «профильное» решение. Но решение нужно искать, так как его до сих пор нет. И этот факт, факт отсталости военной мысли и не готовности ведения городского боя, подтверждается как провалами нашей армии в Грозном, так и совсем «свежими» провалами сил НАТО, США в первую очередь, на примере города Эль-Фаллуджа. Стоит отметить, что итоговый результат там, в иракском городке, как и во время второй кампании в Грозном, был достигнут силами разведывательных подразделений, хотя в американском случае, ввиду технического превосходства, разведчики были реализованы еще более успешно. Так же любопытен опыт недавних боев за Кабул, где исход операции в ОБОРОНЕ был достигнут взаимодействием сил специального назначения и ударной авиации. Это только подтверждает правильность общего направления моей мысли, хотя вопрос реализации построения соединений, как и управления в рамках сетецентрической концепции, следует подвергнуть тщательной и всесторонней критике.

Ваш Енот.

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments